Мария Юдина. Мистический гений русского пианизма
«Это совсем не то, что я написал, но так и играйте. Только так и играйте!», – воскликнул Дмитрий Шостакович, после того как Юдина исполнила ему только что написанные «24 прелюдии и фуги». В этом восклицании – ключ к пониманию исполнительского искусства М.В. Юдиной; искусства противоречивого, спорного, но оставившего глубочайший след в культурном пространстве ХХ столетия.
Комплект из десяти дисков – это студийные и концертные записи Марии Юдиной 1948–1969 годов из архива «Мелодии». Наиболее известные ее интерпретации («ХТК» Баха, ранние и последние сонаты Бетховена, экспромты Шуберта, сочинения Моцарта) соседствуют с пианистическими раритетами ХХ века (Прелюдия и фуга Глазунова, «Вещи в себе» Прокофьева, «Вариации на тему Паганини» Лютославского). Впервые будут опубликованы ее записи «Musica stricta» Андрея Волконского – сочинения, с которого началась история отечественного музыкального авангарда (автор посвятил его М. Юдиной); «Вариаций» Веберна, Прелюдий соч. 11 Скрябина.
Настоящим подарком для слушателей станут концертные (не студийные!) записи баховских прелюдий и фуг с концертов 1950 года, посвященных памяти великого кантора. Главный «бонус» комплекта – Первый концерт Чайковского, записанный М. Юдиной на гастролях в Киеве в 1954 году с Госоркестром Украинской ССР под управлением Н. Рахлина.
«Музыкант-мыслитель», «проповедник», «медиум» – такие эпитеты сопровождали ее при жизни. Сама Юдина не любила, когда ее называли пианисткой. Исполнительство и педагогика, просветительство, поэзия, философия, религиозное подвижничество – все аспекты личности Марии Юдиной существовали в неразрывном синтезе. Что бы она ни играла – горячо любимых ей Баха, Моцарта, Шуберта или «сериалиста» Веберна, Стравинского или Бетховена, Дебюсси или ленинградских композиторов-блокадников – всё звучало неожиданно, парадоксально, но предельно убедительно. «Она заново открыла то, что я считал для себя давно открытым», – писал о Юдиной философ А.Ф. Лосев.
«Это совсем не то, что я написал, но так и играйте. Только так и играйте!», – воскликнул Дмитрий Шостакович, после того как Юдина исполнила ему только что написанные «24 прелюдии и фуги». В этом восклицании – ключ к пониманию исполнительского искусства М.В. Юдиной; искусства противоречивого, спорного, но оставившего глубочайший след в культурном пространстве ХХ столетия.
Комплект из десяти дисков – это студийные и концертные записи Марии Юдиной 1948–1969 годов из архива «Мелодии». Наиболее известные ее интерпретации («ХТК» Баха, ранние и последние сонаты Бетховена, экспромты Шуберта, сочинения Моцарта) соседствуют с пианистическими раритетами ХХ века (Прелюдия и фуга Глазунова, «Вещи в себе» Прокофьева, «Вариации на тему Паганини» Лютославского). Впервые будут опубликованы ее записи «Musica stricta» Андрея Волконского – сочинения, с которого началась история отечественного музыкального авангарда (автор посвятил его М. Юдиной); «Вариаций» Веберна, Прелюдий соч. 11 Скрябина.
Настоящим подарком для слушателей станут концертные (не студийные!) записи баховских прелюдий и фуг с концертов 1950 года, посвященных памяти великого кантора. Главный «бонус» комплекта – Первый концерт Чайковского, записанный М. Юдиной на гастролях в Киеве в 1954 году с Госоркестром Украинской ССР под управлением Н. Рахлина.
«Музыкант-мыслитель», «проповедник», «медиум» – такие эпитеты сопровождали ее при жизни. Сама Юдина не любила, когда ее называли пианисткой. Исполнительство и педагогика, просветительство, поэзия, философия, религиозное подвижничество – все аспекты личности Марии Юдиной существовали в неразрывном синтезе. Что бы она ни играла – горячо любимых ей Баха, Моцарта, Шуберта или «сериалиста» Веберна, Стравинского или Бетховена, Дебюсси или ленинградских композиторов-блокадников – всё звучало неожиданно, парадоксально, но предельно убедительно. «Она заново открыла то, что я считал для себя давно открытым», – писал о Юдиной философ А.Ф. Лосев.
