Альфред Хичкок сумел в этом фильме посмешить публику ироничным воспроизведением несуразных ситуаций, в которые попадают невинные герои, вынужденные самостоятельно выпутываться из затруднительного положения и оправдываться перед законом.
Шпионская организация ошибочно принимает Роджера Торнхилла (Кэри Грант), служащего рекламной компании, за некоего двойного агента Каплана. В то же время, будучи преследуемым полицией по подозрению в убийстве, которое он не совершал, Торнхилл влюбляется в девушку по имени Ева (Ева-Мари Сейнт), но она оказывается не той, за которую себя выдает. Так начинается завязываться тугой узел сюжета фильма...
Третья (после картин "Психоз" и "Окно во двор"), по полученным доходам, лента позволяет убедиться, что создатели первых серий "бондианы" искали источники вдохновения ив "шпионских фильмах" Хичкока.
Изобретательно поставлена виртуозная сцена абсурдной охоты самолета за одиноким, беззащитным человеком, посреди голого пространства, и это лишний раз подтверждает своеобразность Хичкока, который всегда находит неожиданное, новаторское решение. Не случайно многие из его приемов и художественных открытий в фильме стали классическими и беззастенчиво цитируемыми.
Шпионская организация ошибочно принимает Роджера Торнхилла (Кэри Грант), служащего рекламной компании, за некоего двойного агента Каплана. В то же время, будучи преследуемым полицией по подозрению в убийстве, которое он не совершал, Торнхилл влюбляется в девушку по имени Ева (Ева-Мари Сейнт), но она оказывается не той, за которую себя выдает. Так начинается завязываться тугой узел сюжета фильма...
Третья (после картин "Психоз" и "Окно во двор"), по полученным доходам, лента позволяет убедиться, что создатели первых серий "бондианы" искали источники вдохновения ив "шпионских фильмах" Хичкока.
Изобретательно поставлена виртуозная сцена абсурдной охоты самолета за одиноким, беззащитным человеком, посреди голого пространства, и это лишний раз подтверждает своеобразность Хичкока, который всегда находит неожиданное, новаторское решение. Не случайно многие из его приемов и художественных открытий в фильме стали классическими и беззастенчиво цитируемыми.
