Саша пел, играл и записал всё
Костя барабанил
Бо записал и свёл
Денис дизайн
Вовка Киник нарисовал
НЕ ВЕРЬ НЕ БОЙСЯ НЕ ПРОСИ
Течёт ручей
Бежит ручей
И рай ничей
И свет ничей...
Гребёт Харон,
Плывёт баржой.
И я чужой,
И ты чужой.
Дрожит свеча.
А Стикс — ручей.
Душа ничья
И дух ничей.
Пришёл бомжой.
Ушёл бомжой.
И ад чужой.
И мир чужой.
Две части этого альбома были опубликованы на цифровых платформах 24 ноября 2025 года и 27 марта 2026 года.
«Чужие 1»:
Все песни про бездну, которая живёт в душе, цветёт буйным цветом и поедает человека изнутри. Ее можно умело маскировать, но она всё равно есть. И человек чувствует себя чужим и лишним на празднике жизни. Потому и ненавидит мир и всё вокруг. Особенно тех, у кого дела лучше.
Пять историй про разных людей, которые устали бороться с собственным несчастьем, со своей бедовостью. Но смирение пока ещё не пришло, не отмучились.
И здесь нет принципиальной разницы между грустным бичом-пропойцей, битым жизнью дворовым дебоширом, живодёром в маске альтруиста, смертельно больным или развеселым автором контента в духе ранних «сам себе режиссер». Каждый из них ищет способ победить бездну. И ему больно, потому что он хочет быть счастливым. Но не знает как.
Это альбом о любви. Каждый человек хочет быть любимым и уважаемым. Героев этих пяти песен в детстве не любили. Оттуда растут все их беды и бездны. И во взрослой жизни их тоже никто особо не любит. И они не понимают почему. Потому злые и чужие.
Альбом «Чужие 2» в пяти песнях рассказывает о том, как отдельно взятый человек чувствует себя чужим и лишним в разном возрасте.
Вот ребёнок. Он смотрит на железную дорогу в забытом Богом закутке и мечтает стать машинистом. Чтобы свалить из дома, где взрослые его не понимают и попрекают куском хлеба.
Вот человеку сорок. А он себя уже чувствует чужим, когда приходит домой. В зеркале стоит какое-то существо, которое носит зарплату, сидит устало на диване, и в упор не понимает: а жизнь ли это? Может, я вообще тут лишний? Молодые таких сторонятся, жена и дети тоже, а к старикам еще рано. И праздник где-то вдалеке. Чужой для всех.
Вот он уже старик седовласый. И является обузой для своих детей. Чужим для тех, кого он растил и в кого он любовь вкладывал — они не подонки, у них просто своя жизнь, им уже не нужна опека и советы. И можно было бы уцепиться за друзей и уделять время им, но большинство из них уже на кладбище.
Он пытается гнать эти мысли. Убегать от них. От себя. Но искренне не понимает, откуда это липкое чувство растёт? Что он всем сделал? Почему его не принимают?
И всё когда-то закончится. И он встретит своих. Или не встретит. Но муки точно закончатся.
Подробнее о песнях:
ВОРОТНИК
В Тюмени в сентябре прошлого года ехали с турбазы в клуб. И в пробке в окно машины увидел грустного бомжа, сидевшего рядом с банкоматом. И настолько его лицо было печально, что сразу начала угадываться его судьба. Вот ты молод, мечтаешь жить нормально. Но потом что-то не получается и идёт не по плану. И ты сидишь у банкомата с пропитой физиономией, и прохожие морщатся. И ещё погода чёртова эта.
Получив такой импульс, в тесной гримерке тюменского клуба «Сайгон» я начал писать эту песню. И уже потом, вечером после концерта доделал её на турбазе, использовав наброски старых бесхозных стихотворений. Был лес с тревожной тишиной в панорамном окне тёплого деревянного дома. Турбаза называлась «Встретимся в Лесу». По ней периодически летал совёнок, которого кто-то из соседей нашёл раненым на помойке и выходил.
ГРОЗА ДВОРА
Вообще первоначально импульс к созданию этой песни был получен несколько лет назад в Иваново. Я мчался на максимально возможной скорости в круглосуточную аптеку, и чуть не влетел с разгона в магазин «Красное&Белое». Чтобы как-то себя отвлекать и не уснуть, напевал рандомные строчки, что приходят в голову. Самую первую, в общем. «Ещё вчера ты был грозой двора».
Прошло четыре года, я был в Архангельске. И по дороге в клуб «Колесо» в обшарпанном дворе увидел выбивалку для ковров. Отшвырнуло в детство, вспомнил типа по кличке Волчок. Как он блатовал и закончил жизнь печальным алкотом.
Пришёл в гримерку клуба «Колесо». И ожидая очередную тёплую встречу с архангелогородцами, решил выпить чаю в пакетиках. После второго глотка накрыло воспоминаниями, и дальше как в тумане. Начал записывать песню в телефон, строка за строкой. По завершении операции триумфально сделал третий глоток чая. Чай был холодным.
И позвали уже на сцену идти.
ДОГХАНТЕР
По весне занесло в Иркутск, был сольник в Edison Bar. Гримёрка снова пригодилась, как и свободное время перед запуском зрителей.
Подрубившись к вайфаю, увидел в умной ленте пост про бездомных собак. И начал читать комментарии. В большинстве своём они были агрессивные. Один тип храбро хвастался, как раскидывает по двору приманки, чтоб собаки дохли. Зашёл к нему на страничку — обычный человек среднего возраста, семья есть, фото с дочкой-школьницей, не маргинал.
Так и начал писать текст, практически сходу.
А на следующий день рано утром увидел гастарбайтера в оранжевой робе. Он просто шёл по пустой улице, остановился, стремительно насрал на тротуар и побрёл дальше, дум высоких полн. Я расценил это как перфоманс. Ну или инсталляцию.
Возможно и потому что день начался так сумбурно, на вечерней прогулке история про догхантера дописалась легко и непринуждённо.
Когда стемнело, сидел на набережной и смотрел на Ангару. К лавке подошла собака и принесла мне веточку.
НИЧЕГО СВОЕГО
Её можно считать самой молодой новорождённой. 19 сентября 2025 года я приехал в Орехово-Зуево в «Лайв Паб».
В электричке было зябко и многолюдно, потому с удовольствием вырвался из неё на свет Божий. Саундчек промчался стремительно и оставалась бездна свободного времени. Сел в уже знакомой гримёрке за столик. Полчаса скроллил что-то в телефоне и подумал: насколько это пустое занятие! Начал писать пост — тут же передумал и мгновенно удалил за бесполезностью и ненадобностью. Пришла зауряднейшая мысль: а что останется после жизни? Посты эти? Постом больше — постом меньше... Какая разница?
И так начала писаться песня. Готова она была уже минут через двадцать. Принесли еду и кофе. И было уже не до сочинительства.
НА ФОНЕ ОБОЕВ
Это было в гримёрке в Костроме. Точнее, не в гримёрке в чистом виде — а подсобке, заменявшей её. Габаритами с домик футурамовского робота Бендера. Я оглох после дикого перелёта с Питера на гремящем кукурузнике. Сначала была уверенность, что этот говнолёт не взлетит вовсе, а в воздухе было ощущение, что он и не приземлится никогда. Хвала «Костромским авиалиниям» и их «бройлеру-747» за крутое пике и калейдоскоп адовых эмоций. И за несколько минут до выхода на сцену собрал всю ярость и выплюнул её в этот неказистый текст. Хотелось исполнить её прям сразу. Но не стал. Потому что надо было петь добрые песни хорошим людям. И злые.
Кстати, обоев в подсобке не было. Только кирпич.
Костя барабанил
Бо записал и свёл
Денис дизайн
Вовка Киник нарисовал
НЕ ВЕРЬ НЕ БОЙСЯ НЕ ПРОСИ
Течёт ручей
Бежит ручей
И рай ничей
И свет ничей...
Гребёт Харон,
Плывёт баржой.
И я чужой,
И ты чужой.
Дрожит свеча.
А Стикс — ручей.
Душа ничья
И дух ничей.
Пришёл бомжой.
Ушёл бомжой.
И ад чужой.
И мир чужой.
Две части этого альбома были опубликованы на цифровых платформах 24 ноября 2025 года и 27 марта 2026 года.
«Чужие 1»:
Все песни про бездну, которая живёт в душе, цветёт буйным цветом и поедает человека изнутри. Ее можно умело маскировать, но она всё равно есть. И человек чувствует себя чужим и лишним на празднике жизни. Потому и ненавидит мир и всё вокруг. Особенно тех, у кого дела лучше.
Пять историй про разных людей, которые устали бороться с собственным несчастьем, со своей бедовостью. Но смирение пока ещё не пришло, не отмучились.
И здесь нет принципиальной разницы между грустным бичом-пропойцей, битым жизнью дворовым дебоширом, живодёром в маске альтруиста, смертельно больным или развеселым автором контента в духе ранних «сам себе режиссер». Каждый из них ищет способ победить бездну. И ему больно, потому что он хочет быть счастливым. Но не знает как.
Это альбом о любви. Каждый человек хочет быть любимым и уважаемым. Героев этих пяти песен в детстве не любили. Оттуда растут все их беды и бездны. И во взрослой жизни их тоже никто особо не любит. И они не понимают почему. Потому злые и чужие.
Альбом «Чужие 2» в пяти песнях рассказывает о том, как отдельно взятый человек чувствует себя чужим и лишним в разном возрасте.
Вот ребёнок. Он смотрит на железную дорогу в забытом Богом закутке и мечтает стать машинистом. Чтобы свалить из дома, где взрослые его не понимают и попрекают куском хлеба.
Вот человеку сорок. А он себя уже чувствует чужим, когда приходит домой. В зеркале стоит какое-то существо, которое носит зарплату, сидит устало на диване, и в упор не понимает: а жизнь ли это? Может, я вообще тут лишний? Молодые таких сторонятся, жена и дети тоже, а к старикам еще рано. И праздник где-то вдалеке. Чужой для всех.
Вот он уже старик седовласый. И является обузой для своих детей. Чужим для тех, кого он растил и в кого он любовь вкладывал — они не подонки, у них просто своя жизнь, им уже не нужна опека и советы. И можно было бы уцепиться за друзей и уделять время им, но большинство из них уже на кладбище.
Он пытается гнать эти мысли. Убегать от них. От себя. Но искренне не понимает, откуда это липкое чувство растёт? Что он всем сделал? Почему его не принимают?
И всё когда-то закончится. И он встретит своих. Или не встретит. Но муки точно закончатся.
Подробнее о песнях:
ВОРОТНИК
В Тюмени в сентябре прошлого года ехали с турбазы в клуб. И в пробке в окно машины увидел грустного бомжа, сидевшего рядом с банкоматом. И настолько его лицо было печально, что сразу начала угадываться его судьба. Вот ты молод, мечтаешь жить нормально. Но потом что-то не получается и идёт не по плану. И ты сидишь у банкомата с пропитой физиономией, и прохожие морщатся. И ещё погода чёртова эта.
Получив такой импульс, в тесной гримерке тюменского клуба «Сайгон» я начал писать эту песню. И уже потом, вечером после концерта доделал её на турбазе, использовав наброски старых бесхозных стихотворений. Был лес с тревожной тишиной в панорамном окне тёплого деревянного дома. Турбаза называлась «Встретимся в Лесу». По ней периодически летал совёнок, которого кто-то из соседей нашёл раненым на помойке и выходил.
ГРОЗА ДВОРА
Вообще первоначально импульс к созданию этой песни был получен несколько лет назад в Иваново. Я мчался на максимально возможной скорости в круглосуточную аптеку, и чуть не влетел с разгона в магазин «Красное&Белое». Чтобы как-то себя отвлекать и не уснуть, напевал рандомные строчки, что приходят в голову. Самую первую, в общем. «Ещё вчера ты был грозой двора».
Прошло четыре года, я был в Архангельске. И по дороге в клуб «Колесо» в обшарпанном дворе увидел выбивалку для ковров. Отшвырнуло в детство, вспомнил типа по кличке Волчок. Как он блатовал и закончил жизнь печальным алкотом.
Пришёл в гримерку клуба «Колесо». И ожидая очередную тёплую встречу с архангелогородцами, решил выпить чаю в пакетиках. После второго глотка накрыло воспоминаниями, и дальше как в тумане. Начал записывать песню в телефон, строка за строкой. По завершении операции триумфально сделал третий глоток чая. Чай был холодным.
И позвали уже на сцену идти.
ДОГХАНТЕР
По весне занесло в Иркутск, был сольник в Edison Bar. Гримёрка снова пригодилась, как и свободное время перед запуском зрителей.
Подрубившись к вайфаю, увидел в умной ленте пост про бездомных собак. И начал читать комментарии. В большинстве своём они были агрессивные. Один тип храбро хвастался, как раскидывает по двору приманки, чтоб собаки дохли. Зашёл к нему на страничку — обычный человек среднего возраста, семья есть, фото с дочкой-школьницей, не маргинал.
Так и начал писать текст, практически сходу.
А на следующий день рано утром увидел гастарбайтера в оранжевой робе. Он просто шёл по пустой улице, остановился, стремительно насрал на тротуар и побрёл дальше, дум высоких полн. Я расценил это как перфоманс. Ну или инсталляцию.
Возможно и потому что день начался так сумбурно, на вечерней прогулке история про догхантера дописалась легко и непринуждённо.
Когда стемнело, сидел на набережной и смотрел на Ангару. К лавке подошла собака и принесла мне веточку.
НИЧЕГО СВОЕГО
Её можно считать самой молодой новорождённой. 19 сентября 2025 года я приехал в Орехово-Зуево в «Лайв Паб».
В электричке было зябко и многолюдно, потому с удовольствием вырвался из неё на свет Божий. Саундчек промчался стремительно и оставалась бездна свободного времени. Сел в уже знакомой гримёрке за столик. Полчаса скроллил что-то в телефоне и подумал: насколько это пустое занятие! Начал писать пост — тут же передумал и мгновенно удалил за бесполезностью и ненадобностью. Пришла зауряднейшая мысль: а что останется после жизни? Посты эти? Постом больше — постом меньше... Какая разница?
И так начала писаться песня. Готова она была уже минут через двадцать. Принесли еду и кофе. И было уже не до сочинительства.
НА ФОНЕ ОБОЕВ
Это было в гримёрке в Костроме. Точнее, не в гримёрке в чистом виде — а подсобке, заменявшей её. Габаритами с домик футурамовского робота Бендера. Я оглох после дикого перелёта с Питера на гремящем кукурузнике. Сначала была уверенность, что этот говнолёт не взлетит вовсе, а в воздухе было ощущение, что он и не приземлится никогда. Хвала «Костромским авиалиниям» и их «бройлеру-747» за крутое пике и калейдоскоп адовых эмоций. И за несколько минут до выхода на сцену собрал всю ярость и выплюнул её в этот неказистый текст. Хотелось исполнить её прям сразу. Но не стал. Потому что надо было петь добрые песни хорошим людям. И злые.
Кстати, обоев в подсобке не было. Только кирпич.
